Памяти художника – "антисоветчика"
Aug. 4th, 2008 04:32 amВ ночь на 3 августа на 70-м году жизни скончался Евгений Абезгауз, создатель группы "Алеф", один из известных советских диссидентов, проживавший в Израиле с 1976 года.
Талантище. Интеллигент. Добродушный и кремень. С озорными замашками и юморист. Широкая натура. Хлебосольный хозяин. "Абезгауз - это золото", - так сказал он о своей творческой палитре. А палитра настоящего художника - это его душа...
Впрочем, судите сами. Под катом - интервью с Евгением Абезгаузом.
Евгений АБЕЗГАУЗ:
«Я – НАПОЛОВИНУ ХУДОЖНИК, НАПОЛОВИНУ ФЕРМЕР...»
Галина Маламант
Едва я вошла в холл, сплошь увешенный картинами, во всем доме погас свет. Евгений неторопливо удалился, засуетилась его жена Наташа, держащая на руках внука... Да будет свет! Его возрождение всегда воспринимается, как чудо. И засияли, озаренные светом, словно случилось ханукальное чудо, картины... «Золотой Абезгауз» - так называют часто работы художника за царское великолепие красок, источающих золотое сияние. Его картины закуплены всеми известными художественными музеями мира, постоянно выставляются в картинных галереях многих стран. В антологии «История еврейского искусства», ведущей отсчет со дня Первого Храма, в разделе «ХХ век», представлено 40 художников, в их числе - Евгений Абезгауз. Почетный гражданин американских штатов Кентукки и Канзас. Член ордена Кентуккских полковников. Почетный профессор Белармайнского католического колледжа.
«Я был тогда веселый...»
- Что лучше всего помните из детства?
- День смерти Сталина... Мне было лет 14, и я решил заполнить собою брешь: подал заявление в комсомол. Меня спасла от этого шага бюрократическая машина: заседание одного бюро, другого, – месяца три тянулось, а за это время я успел опомниться...
- Как же Вам удавалось обходиться в той жизни без комсомольского значка?
- Сам удивляюсь... Когда в 1957 году я поступил в свой первый институт – Институт связи имени Бонч-Бруевича, меня выбрали комсоргом. Единодушно все проголосовали... После этого я встал: «Ребята, большое спасибо, но я – не член этой организации». Все сильно удивились, и сказали: «Тогда будешь профоргом!» Я был тогда веселый, все меня очень любили, им неважно было – член я, или нет...
- Когда Вы впервые взяли кисть в руки?
- В детском садике. Я уже тогда участвовал в выставках детских работ. Меня папаня учил рисовать масляными красками, когда мне было 8-9 лет. Он был художник-любитель, еще и скрипач-любитель...
- Игре на скрипке он тоже обучал Вас?
- Я отдал шесть месяцев своей жизни игре на скрипке – мрачные воспоминания. Меня загнали в музыкальную школу, потому что мой двоюродный дядя – Леонид Коган, первый скрипач в России. Мой папаня не мог обойти такой момент...
- А чему Вас мама научила?
- Думаю, здравомыслию... Папа у меня был крупный инженер, а мама – просто очень умная женщина.
- Прибыв в Израиль, сошли с трапа самолета без скрипки...
- Зато с мольбертом! Я закончил в Петербурге в конце 60-х Высшее художественное училище барона Штиглица, ставшее училищем имени Веры Игнатьевной Мухиной. Сначала я стал и был инженером, отдал развитию электрической связи в Советском Союзе несколько лет жизни...
- Теперь понятно, почему погас свет, едва я переступила порог дома...
- Теперь вы понимаете, почему он так быстро зажегся?!
- Может, от Вашей внутренней энергетики, – Ваши картины тоже излучают свет...
- ...золото, золото! Художник Абезгауз – это золото...
- К каким драгоценным металлам относится Абезгауз-человек?
- Я себя ощущаю мягким, нежным, вовсе не металлическим... Хотя и золото – мягкое, и женщины его любят...
- А Вы любите женщин?
- Когда-то очень любил. Сейчас уже старым стал...
- Вам об этом женщины говорят?
- Женщины так никогда не скажут, они все пытаются сделать комплимент: «Какой же ты старый? – Совсем еще нет...» Но я-то знаю, как отделить женский комплимент от жизненной правды...
- Наташа – Ваша первая любовь?
- Наташа – моя первая и последняя любовь! Мы с ней с 17-ти лет вместе, с первого курса моего первого института. Так и застряли...
- Наверняка влияете на вкусы друг на друга...
- Надеюсь, что я повлиял на ее вкус: все интерьеры в наших домах Наташа делает сама, хотя когда-то это было моей профессией. Как всякая женщина, она, конечно, пытается и на мой вкус повлиять, но, слава Богу, пока безуспешно.
- В творчестве Наташа помогает? Полотна натягивает?
- Наташенька была довольно крупным инженером в Израиле: ответственной за технологическое развитие израильской телефонной связи. Она «переработала» шесть министров связи, пока не ушла воспитывать своих внуков... Поэтому я не мог от нее требовать, чтобы она что-то «натягивала», кроме своих министров...
Баркановка и «Баркановка»...
На столе, за которым мы сидим, - кофе, конфеты, печенье. И высокая бутылка, на этикетке – портрет хозяина дома и выведенное крупными буквами название напитка: «Баркановка».
- Творческая элита весьма лестно отзывается о Вашем фирменном напитке. Какова история «Баркановки»?
- Саша Бовин, последний посол Советского Союза, первый посол России в Израиле, писал в своей книге, что «Баркановка» не требует закуски: ее пьешь, и сразу закусываешь. Он считает, что в ней присутствует вкус маринованных огурцов и грибов. В ней действительно есть несколько трав, которые добавляют в маринады.
Я приехал в Израиль из Ленинграда в 1976 году. Был в отказе четыре года. В ту пору я был президентом группы «Алеф», ленинградской группы еврейских художников. С помощью американских евреев нам удалось вывезти выставку в США, и она уже раз 50 там была продемонстрирована по разным штатам. Тогда американцы добились через Картера, чтобы выпустили в Израиль трех узников Сиона. Двое сегодня в Кнессете, а третий – это я, Абезгауз. Мы, «русские» сионисты, тогда все молодые, решили продолжить свою борьбу: организовать новое поселение. Поскольку внутри страны уже все было занято, то мы вышли за «зеленую черту», и организовали поселение Баркановка. Было тяжело, правительство нас не выпускало на территории... В это время пришел «Ликуд» к власти. Арик Шарон был тогда министром сельского хозяйства, и мы подали на него жалобу в Высший суд справедливости, и тогда этот суд впервые принял решение в пользу поселенцев, против правительства. Мы жили сначала в палатках, потом поселились в бетонные кубики... Сами какие-то трубы канализационные тянули... Грязи – по колено, на ноги натягивали полиэтиленовые мешки, когда ходили в гости друг к другу. Первая зима была очень суровая: снег, град, дожди... Пустыня... Там уже все выросло, зеленый рай - мы засадили. В качестве гуманитарной помощи бригада из института Вайцмана привезла нам ящик спирта. И тут наш «русский гарем» начал спиваться: кто разбавлял, кто – нет... К весне многие вообще бросили пить! А я начал делать «Баркановку», начитавшись Алексея Толстого. У него водку настаивают – кто на березовой почке, кто на смородиновом листе, кто на чесноке, кто на перце... А я все это настаивал в одной бутылке. Тогда было немного компонентов, сегодня их – 20... Это – самое мое гениальное произведение...
«И вдруг ты попадаешь в абсолют...»
- «Баркановка» поражает необычностью, как и Ваши полотна... Привычным предметам, фигурам, и даже пространству Вы придаете непостижимые измерения... Это – Ваша истина?
- Меня интересует игра цветовых пятен, сама композиция. Это (жест в сторону картины) – не цветочки, и не букет, хотя его так называют. Это – набор наброшенных пятен, которые кому-то еще и букет напоминают...
- Художественные полотна должны нести смысл?
- Важно, что считать смысловым значением. Для одних это чистое искусство, то, что роднит музыку, живопись, балет, - законы композиции. Для других это идейная нагрузка. На мой взгляд, это – прелюдия других видов деятельности, но не искусства.
- Когда приступаете к работе над картиной, Вы можете заранее представить конечный результат?
- Я – да. Но это вовсе не обязательно. Многие художники, в основном, абстрактного направления, видят только общий ход, направление. Но, в любом случае, все подчинено хорошо воспитанному профессиональному чувству композиции и цвета. Я же вижу картину полностью законченной, и тогда подхожу к холсту и начинаю ее делать.
- Бывало ли, в таком случае, что Вас удивлял результат?
- Бывает, конечно... Но это относится к области цветоведения. Цветоведение – это такая смешная вещь!.. Оказывается, что оттенков красного существует 480, оттенков зеленого – 260, или около того... И только один из оттенков красного абсолютно гармонирует с одним из оттенков зеленого! И когда ты делаешь картину, делаешь... И вдруг ты попадаешь в абсолют! И тогда ты удивляешься: «Ах, какой я молодец!»
В живописи процентов десять – это творчество, а девяносто процентов – это уже профессиональная работа. Та самая работа, на которую каждое утро идет служащий, это просто исполнительская сторона. Когда ты профессионал, ты встаешь утром, и «идешь на работу», - ты знаешь, что тебе предстоит закончить из того, что наметил вчера, и знаешь, что будешь делать завтра. Самое интересное в работе над картиной – это начало и конец. Начало – это вспышка, это замысел. Ты видишь композицию законченной внутри головы. А финал еще интересней. Когда сделано примерно три четверти работы в картине, она рассыпается. Молодой художник или студент, который не привык к этому, находится в депрессии: работал, работал, а картина рассыпалась. Каждому профессионалу известно: нужно продолжать работать, и она соберется. И вот эта заключительная стадия, когда происходит собирание, - вдруг картина засветилась!
- Вам знакомо состояние депрессии?
- Я уверен, что оно знакомо каждому приличному художнику-творцу, чем бы он не занимался: композитору, поэту... Но надо знать: когда кажется, что мир разрушился и все пропало, - на самом деле это весьма положительная стадия в жизни любого творца. Это значит: в прежнем направлении он изжил себя, зато после нескольких месяцев депрессии рождается совершенно новое направление, новый ход. Депрессируйте! У меня из депрессий родилось три новых направления! Так что депрессия неприятна не самому творцу, а его близким: со стороны кажется, что человек на грани самоубийства... А это идет хороший внутренний процесс.
***
Художник вспомнил, что «давненько он не курил», и мы вышли на массивный каменный балкон, от которого направо спускались крутые ступеньки к выходу. А прямо перед взором, насколько было видно сквозь опустившуюся вечернюю темноту, простирались, убегая в горы, ровные террасы виноградника. «Это все я насадил... Половине Израиля черенки раздарил. Я по гороскопу – наполовину художник, наполовину – фермер... Все сходится...» Обратив мое внимание на развешенные для просушки детские одежки, произнес: «Все художники – эгоисты по натуре, они живут своим внутренним миром... Никогда не думал, что кто-то сможет это во мне переделать. А ведь нашлись такие... Это – мои внуки. Я сам стираю их вещи, сам развешиваю для просушки, и получаю от этого невыразимое удовольствие. У меня две дочери, одна – художник, другая – адвокат. Не помню, чтобы их любил так же, как внуков. Может, склероз начинается?..»
Заметив, что я разглядываю не самых маленьких размеров мангал, произносит: «Это – Евгения Шаповалова. Меня с кухни давно вытеснили. Наташа говорит, что Женька – лучший специалист по приготовлению мяса...»
«Дом, открытый для друзей...»
- Англичане говорят: «Мой дом – моя крепость». О гостеприимстве вашего дома ходят легенды...
- Я просто люблю своих коллег, наш круг – людей искусства, журналистов, телевизионщиков, артистов, -наш дом открыт для друзей. Театр «Гешер», когда они были в Израиле всего два месяца, пригласил целиком: пели, играли... Очень хорошо отдохнули! У меня есть баня. В один прекрасный день Каневский говорит: «Чего ты греешь джакузи? Давай мы прорубь сделаем!» С тех пор я джакузи не грею, это – «Прорубь имени Каневского»... Шаповалов, Каневский, Соня Таль... Все мы очень хорошо отдыхали, сейчас пореже - состарились. Я великолепно пел песни о Ленине и Сталине...
- ...не будучи в свое время комсомольцем?
- Так я был певцом: я года три пел у великого Сандлера в оперной студии, - у меня был хорошо поставленный голос, и репертуар великолепный. Леня Каневский помнит все тексты, правда, у него со слухом неважно, но, все равно, мы хорошо пели с ним все эти песни о вождях: кто больше вспомнит? Наташенька Войтулевич – мы с ней часто поем вместе русские народные песни. 30-40 человек всегда собиралось... Интереснее стало, когда приехала последняя алия: много новых ребят появилось, причем они помоложе, энергичнее: Вовка Фридман, Славочка Казанцева...
***
На очередном перекуре Евгений Абезгауз показал мне издание серии книг Ефраима Севелы. На суперобложках каждой из книг – картины художника: «Я писал эти картины, зная только названия книг, чтобы их содержание не повлияло на меня. А потом уже прочитал книги».
По поводу благосостояния жителей Израиля у Абезгауза – особое мнение: «Очень много у нас состоятельных людей. Коль скоро ищут и находят меня в Деревне художников, чтобы купить мои картины, и покупают... Осбенно заметно это в последние годы...»
«У меня идей – на много лет вперед...»
- У какой из Ваших работ самая необычная судьба?
- У «Автопортрета», на нем шесть Абезгаузов, пускающих мыльные пузыри. Его у меня купил в подарок - себе! - на свой день рожденья! - один нью-йоркский бизнесмен итальянского происхождения – забавно, не так ли? Эта работа висела в его офисе, в «Twin Towers». И я там погиб в виде автопортрета... Бизнесмен сообщил мне в шутку: «Очевидно, Бин- Ладен послал самолет, чтобы они на лету успели вытащить эту картину из моего офиса, но самолет промахнулся, и попал в здание», - американская шутка человека, случайно не попавшего в этот Армагеддон...
- Может, Ваш «Автопортрет» стал талисманом, продлив жизнь его владельцу? - он будет отмечать еще много дней рожденья!..
- Что-то символическое в этом есть... У меня в жизни много символики, и это – одна из них: я считаюсь символически погибшим в «Близнецах». Так я стал жертвой Бин-Ладена. В прошлом году мы ездили в Нью-Йорк в эту печальную дату... Но что еще интереснее – еще задолго до этого бин-ладенского нападения я успел сделать второй вариант этого автопортрета, правда, там на одну фигуру меньше, то есть не шесть, а пять Абезгаузов. Возникла потребность выставить такую работу на одной из выставок, и я его сделал заново, - теперь он у меня.
- Насколько Вас волнует завтрашний день?
- Волнует он меня мало: я, как видите, в дружбе с Екклесиастом – «Суета сует, и все суета. Все, что было, оно и будет, и нет ничего нового под солнцем». И выставки, и музеи в разных странах, - все было, и все будет, оно уже само идет, и усилий прикладывать не надо... А идей у меня – у-у-у – сколько! У меня есть специальный альбомчик, ночью вскочишь, и нарисуешь... Как в записную книжку... У меня идей – на много лет вперед, мне не дожить просто до полного исполнения всего задуманого...
- Был ли кто-то из израильских художников избран в Парижскую Академию изящных искусств, ее еще называют «Академией бессмертных»?
- Пока – нет. Но будут, но могут быть избраны: Яаков Агам – его весь мир знает, и Дани Караван – его пока что Европа больше знает.
- О себе из скромности умолчали?
- (смеясь) Я просто знаменитый художник...
ЛЮБИМЫЕ:
Актер – «Своих друзей люблю, конечно: Леонид Каневский – я с ним часто пью... Наташеньку Войтулевич, Женечку Додину, Сашу Демидова»
Праздник - «Для меня – вся жизнь праздник: на работу не хожу, как бы постоянный праздник»
Спорт - «Я приехал в Израиль, обремененный званиями «Кандидат в мастера спорта» по двум видам: по лыжному и по водному туризму.
Город - «Я видел очень много городов... Я видел города, по возвращению из которых я утверждал, что Ленинград – это жалкое дерьмо... Париж, Барселона!.. А в августе прошлого года я побывал в Питере, посмотрел уже новыми глазами, и пришел к выводу, что это – один из самых красивых городов».
Анекдот – «Не из самых любимых, но из смешных... Идет еврей, увидел лягушку, и вдруг она человеческим голосом говорит: «Возьми меня с собой».
- Да, а зачем?
- Поцелуешь – я стану прекрасной девушкой, и будем мы любовью заниматься...
- Прекрасная девушка мне не нужна... А вот лягушка – пригодится!»
Хобби – «Я засадил тысячи саженцев в нашей пустынной стране... Целые леса! Я, к примеру, ввел ленинградские тополя в виде рощ в Шамроне. «Раскопал» одно дерево, изрезал на черенки, сделал саженцы, сейчас это огромные деревья».
06.02.2003
Талантище. Интеллигент. Добродушный и кремень. С озорными замашками и юморист. Широкая натура. Хлебосольный хозяин. "Абезгауз - это золото", - так сказал он о своей творческой палитре. А палитра настоящего художника - это его душа...
Впрочем, судите сами. Под катом - интервью с Евгением Абезгаузом.
Евгений АБЕЗГАУЗ:
«Я – НАПОЛОВИНУ ХУДОЖНИК, НАПОЛОВИНУ ФЕРМЕР...»
Галина Маламант
Едва я вошла в холл, сплошь увешенный картинами, во всем доме погас свет. Евгений неторопливо удалился, засуетилась его жена Наташа, держащая на руках внука... Да будет свет! Его возрождение всегда воспринимается, как чудо. И засияли, озаренные светом, словно случилось ханукальное чудо, картины... «Золотой Абезгауз» - так называют часто работы художника за царское великолепие красок, источающих золотое сияние. Его картины закуплены всеми известными художественными музеями мира, постоянно выставляются в картинных галереях многих стран. В антологии «История еврейского искусства», ведущей отсчет со дня Первого Храма, в разделе «ХХ век», представлено 40 художников, в их числе - Евгений Абезгауз. Почетный гражданин американских штатов Кентукки и Канзас. Член ордена Кентуккских полковников. Почетный профессор Белармайнского католического колледжа.
«Я был тогда веселый...»
- Что лучше всего помните из детства?
- День смерти Сталина... Мне было лет 14, и я решил заполнить собою брешь: подал заявление в комсомол. Меня спасла от этого шага бюрократическая машина: заседание одного бюро, другого, – месяца три тянулось, а за это время я успел опомниться...
- Как же Вам удавалось обходиться в той жизни без комсомольского значка?
- Сам удивляюсь... Когда в 1957 году я поступил в свой первый институт – Институт связи имени Бонч-Бруевича, меня выбрали комсоргом. Единодушно все проголосовали... После этого я встал: «Ребята, большое спасибо, но я – не член этой организации». Все сильно удивились, и сказали: «Тогда будешь профоргом!» Я был тогда веселый, все меня очень любили, им неважно было – член я, или нет...
- Когда Вы впервые взяли кисть в руки?
- В детском садике. Я уже тогда участвовал в выставках детских работ. Меня папаня учил рисовать масляными красками, когда мне было 8-9 лет. Он был художник-любитель, еще и скрипач-любитель...
- Игре на скрипке он тоже обучал Вас?
- Я отдал шесть месяцев своей жизни игре на скрипке – мрачные воспоминания. Меня загнали в музыкальную школу, потому что мой двоюродный дядя – Леонид Коган, первый скрипач в России. Мой папаня не мог обойти такой момент...
- А чему Вас мама научила?
- Думаю, здравомыслию... Папа у меня был крупный инженер, а мама – просто очень умная женщина.
- Прибыв в Израиль, сошли с трапа самолета без скрипки...
- Зато с мольбертом! Я закончил в Петербурге в конце 60-х Высшее художественное училище барона Штиглица, ставшее училищем имени Веры Игнатьевной Мухиной. Сначала я стал и был инженером, отдал развитию электрической связи в Советском Союзе несколько лет жизни...
- Теперь понятно, почему погас свет, едва я переступила порог дома...
- Теперь вы понимаете, почему он так быстро зажегся?!
- Может, от Вашей внутренней энергетики, – Ваши картины тоже излучают свет...
- ...золото, золото! Художник Абезгауз – это золото...
- К каким драгоценным металлам относится Абезгауз-человек?
- Я себя ощущаю мягким, нежным, вовсе не металлическим... Хотя и золото – мягкое, и женщины его любят...
- А Вы любите женщин?
- Когда-то очень любил. Сейчас уже старым стал...
- Вам об этом женщины говорят?
- Женщины так никогда не скажут, они все пытаются сделать комплимент: «Какой же ты старый? – Совсем еще нет...» Но я-то знаю, как отделить женский комплимент от жизненной правды...
- Наташа – Ваша первая любовь?
- Наташа – моя первая и последняя любовь! Мы с ней с 17-ти лет вместе, с первого курса моего первого института. Так и застряли...
- Наверняка влияете на вкусы друг на друга...
- Надеюсь, что я повлиял на ее вкус: все интерьеры в наших домах Наташа делает сама, хотя когда-то это было моей профессией. Как всякая женщина, она, конечно, пытается и на мой вкус повлиять, но, слава Богу, пока безуспешно.
- В творчестве Наташа помогает? Полотна натягивает?
- Наташенька была довольно крупным инженером в Израиле: ответственной за технологическое развитие израильской телефонной связи. Она «переработала» шесть министров связи, пока не ушла воспитывать своих внуков... Поэтому я не мог от нее требовать, чтобы она что-то «натягивала», кроме своих министров...
Баркановка и «Баркановка»...
На столе, за которым мы сидим, - кофе, конфеты, печенье. И высокая бутылка, на этикетке – портрет хозяина дома и выведенное крупными буквами название напитка: «Баркановка».
- Творческая элита весьма лестно отзывается о Вашем фирменном напитке. Какова история «Баркановки»?
- Саша Бовин, последний посол Советского Союза, первый посол России в Израиле, писал в своей книге, что «Баркановка» не требует закуски: ее пьешь, и сразу закусываешь. Он считает, что в ней присутствует вкус маринованных огурцов и грибов. В ней действительно есть несколько трав, которые добавляют в маринады.
Я приехал в Израиль из Ленинграда в 1976 году. Был в отказе четыре года. В ту пору я был президентом группы «Алеф», ленинградской группы еврейских художников. С помощью американских евреев нам удалось вывезти выставку в США, и она уже раз 50 там была продемонстрирована по разным штатам. Тогда американцы добились через Картера, чтобы выпустили в Израиль трех узников Сиона. Двое сегодня в Кнессете, а третий – это я, Абезгауз. Мы, «русские» сионисты, тогда все молодые, решили продолжить свою борьбу: организовать новое поселение. Поскольку внутри страны уже все было занято, то мы вышли за «зеленую черту», и организовали поселение Баркановка. Было тяжело, правительство нас не выпускало на территории... В это время пришел «Ликуд» к власти. Арик Шарон был тогда министром сельского хозяйства, и мы подали на него жалобу в Высший суд справедливости, и тогда этот суд впервые принял решение в пользу поселенцев, против правительства. Мы жили сначала в палатках, потом поселились в бетонные кубики... Сами какие-то трубы канализационные тянули... Грязи – по колено, на ноги натягивали полиэтиленовые мешки, когда ходили в гости друг к другу. Первая зима была очень суровая: снег, град, дожди... Пустыня... Там уже все выросло, зеленый рай - мы засадили. В качестве гуманитарной помощи бригада из института Вайцмана привезла нам ящик спирта. И тут наш «русский гарем» начал спиваться: кто разбавлял, кто – нет... К весне многие вообще бросили пить! А я начал делать «Баркановку», начитавшись Алексея Толстого. У него водку настаивают – кто на березовой почке, кто на смородиновом листе, кто на чесноке, кто на перце... А я все это настаивал в одной бутылке. Тогда было немного компонентов, сегодня их – 20... Это – самое мое гениальное произведение...
«И вдруг ты попадаешь в абсолют...»
- «Баркановка» поражает необычностью, как и Ваши полотна... Привычным предметам, фигурам, и даже пространству Вы придаете непостижимые измерения... Это – Ваша истина?
- Меня интересует игра цветовых пятен, сама композиция. Это (жест в сторону картины) – не цветочки, и не букет, хотя его так называют. Это – набор наброшенных пятен, которые кому-то еще и букет напоминают...
- Художественные полотна должны нести смысл?
- Важно, что считать смысловым значением. Для одних это чистое искусство, то, что роднит музыку, живопись, балет, - законы композиции. Для других это идейная нагрузка. На мой взгляд, это – прелюдия других видов деятельности, но не искусства.
- Когда приступаете к работе над картиной, Вы можете заранее представить конечный результат?
- Я – да. Но это вовсе не обязательно. Многие художники, в основном, абстрактного направления, видят только общий ход, направление. Но, в любом случае, все подчинено хорошо воспитанному профессиональному чувству композиции и цвета. Я же вижу картину полностью законченной, и тогда подхожу к холсту и начинаю ее делать.
- Бывало ли, в таком случае, что Вас удивлял результат?
- Бывает, конечно... Но это относится к области цветоведения. Цветоведение – это такая смешная вещь!.. Оказывается, что оттенков красного существует 480, оттенков зеленого – 260, или около того... И только один из оттенков красного абсолютно гармонирует с одним из оттенков зеленого! И когда ты делаешь картину, делаешь... И вдруг ты попадаешь в абсолют! И тогда ты удивляешься: «Ах, какой я молодец!»
В живописи процентов десять – это творчество, а девяносто процентов – это уже профессиональная работа. Та самая работа, на которую каждое утро идет служащий, это просто исполнительская сторона. Когда ты профессионал, ты встаешь утром, и «идешь на работу», - ты знаешь, что тебе предстоит закончить из того, что наметил вчера, и знаешь, что будешь делать завтра. Самое интересное в работе над картиной – это начало и конец. Начало – это вспышка, это замысел. Ты видишь композицию законченной внутри головы. А финал еще интересней. Когда сделано примерно три четверти работы в картине, она рассыпается. Молодой художник или студент, который не привык к этому, находится в депрессии: работал, работал, а картина рассыпалась. Каждому профессионалу известно: нужно продолжать работать, и она соберется. И вот эта заключительная стадия, когда происходит собирание, - вдруг картина засветилась!
- Вам знакомо состояние депрессии?
- Я уверен, что оно знакомо каждому приличному художнику-творцу, чем бы он не занимался: композитору, поэту... Но надо знать: когда кажется, что мир разрушился и все пропало, - на самом деле это весьма положительная стадия в жизни любого творца. Это значит: в прежнем направлении он изжил себя, зато после нескольких месяцев депрессии рождается совершенно новое направление, новый ход. Депрессируйте! У меня из депрессий родилось три новых направления! Так что депрессия неприятна не самому творцу, а его близким: со стороны кажется, что человек на грани самоубийства... А это идет хороший внутренний процесс.
***
Художник вспомнил, что «давненько он не курил», и мы вышли на массивный каменный балкон, от которого направо спускались крутые ступеньки к выходу. А прямо перед взором, насколько было видно сквозь опустившуюся вечернюю темноту, простирались, убегая в горы, ровные террасы виноградника. «Это все я насадил... Половине Израиля черенки раздарил. Я по гороскопу – наполовину художник, наполовину – фермер... Все сходится...» Обратив мое внимание на развешенные для просушки детские одежки, произнес: «Все художники – эгоисты по натуре, они живут своим внутренним миром... Никогда не думал, что кто-то сможет это во мне переделать. А ведь нашлись такие... Это – мои внуки. Я сам стираю их вещи, сам развешиваю для просушки, и получаю от этого невыразимое удовольствие. У меня две дочери, одна – художник, другая – адвокат. Не помню, чтобы их любил так же, как внуков. Может, склероз начинается?..»
Заметив, что я разглядываю не самых маленьких размеров мангал, произносит: «Это – Евгения Шаповалова. Меня с кухни давно вытеснили. Наташа говорит, что Женька – лучший специалист по приготовлению мяса...»
«Дом, открытый для друзей...»
- Англичане говорят: «Мой дом – моя крепость». О гостеприимстве вашего дома ходят легенды...
- Я просто люблю своих коллег, наш круг – людей искусства, журналистов, телевизионщиков, артистов, -наш дом открыт для друзей. Театр «Гешер», когда они были в Израиле всего два месяца, пригласил целиком: пели, играли... Очень хорошо отдохнули! У меня есть баня. В один прекрасный день Каневский говорит: «Чего ты греешь джакузи? Давай мы прорубь сделаем!» С тех пор я джакузи не грею, это – «Прорубь имени Каневского»... Шаповалов, Каневский, Соня Таль... Все мы очень хорошо отдыхали, сейчас пореже - состарились. Я великолепно пел песни о Ленине и Сталине...
- ...не будучи в свое время комсомольцем?
- Так я был певцом: я года три пел у великого Сандлера в оперной студии, - у меня был хорошо поставленный голос, и репертуар великолепный. Леня Каневский помнит все тексты, правда, у него со слухом неважно, но, все равно, мы хорошо пели с ним все эти песни о вождях: кто больше вспомнит? Наташенька Войтулевич – мы с ней часто поем вместе русские народные песни. 30-40 человек всегда собиралось... Интереснее стало, когда приехала последняя алия: много новых ребят появилось, причем они помоложе, энергичнее: Вовка Фридман, Славочка Казанцева...
***
На очередном перекуре Евгений Абезгауз показал мне издание серии книг Ефраима Севелы. На суперобложках каждой из книг – картины художника: «Я писал эти картины, зная только названия книг, чтобы их содержание не повлияло на меня. А потом уже прочитал книги».
По поводу благосостояния жителей Израиля у Абезгауза – особое мнение: «Очень много у нас состоятельных людей. Коль скоро ищут и находят меня в Деревне художников, чтобы купить мои картины, и покупают... Осбенно заметно это в последние годы...»
«У меня идей – на много лет вперед...»
- У какой из Ваших работ самая необычная судьба?
- У «Автопортрета», на нем шесть Абезгаузов, пускающих мыльные пузыри. Его у меня купил в подарок - себе! - на свой день рожденья! - один нью-йоркский бизнесмен итальянского происхождения – забавно, не так ли? Эта работа висела в его офисе, в «Twin Towers». И я там погиб в виде автопортрета... Бизнесмен сообщил мне в шутку: «Очевидно, Бин- Ладен послал самолет, чтобы они на лету успели вытащить эту картину из моего офиса, но самолет промахнулся, и попал в здание», - американская шутка человека, случайно не попавшего в этот Армагеддон...
- Может, Ваш «Автопортрет» стал талисманом, продлив жизнь его владельцу? - он будет отмечать еще много дней рожденья!..
- Что-то символическое в этом есть... У меня в жизни много символики, и это – одна из них: я считаюсь символически погибшим в «Близнецах». Так я стал жертвой Бин-Ладена. В прошлом году мы ездили в Нью-Йорк в эту печальную дату... Но что еще интереснее – еще задолго до этого бин-ладенского нападения я успел сделать второй вариант этого автопортрета, правда, там на одну фигуру меньше, то есть не шесть, а пять Абезгаузов. Возникла потребность выставить такую работу на одной из выставок, и я его сделал заново, - теперь он у меня.
- Насколько Вас волнует завтрашний день?
- Волнует он меня мало: я, как видите, в дружбе с Екклесиастом – «Суета сует, и все суета. Все, что было, оно и будет, и нет ничего нового под солнцем». И выставки, и музеи в разных странах, - все было, и все будет, оно уже само идет, и усилий прикладывать не надо... А идей у меня – у-у-у – сколько! У меня есть специальный альбомчик, ночью вскочишь, и нарисуешь... Как в записную книжку... У меня идей – на много лет вперед, мне не дожить просто до полного исполнения всего задуманого...
- Был ли кто-то из израильских художников избран в Парижскую Академию изящных искусств, ее еще называют «Академией бессмертных»?
- Пока – нет. Но будут, но могут быть избраны: Яаков Агам – его весь мир знает, и Дани Караван – его пока что Европа больше знает.
- О себе из скромности умолчали?
- (смеясь) Я просто знаменитый художник...
ЛЮБИМЫЕ:
Актер – «Своих друзей люблю, конечно: Леонид Каневский – я с ним часто пью... Наташеньку Войтулевич, Женечку Додину, Сашу Демидова»
Праздник - «Для меня – вся жизнь праздник: на работу не хожу, как бы постоянный праздник»
Спорт - «Я приехал в Израиль, обремененный званиями «Кандидат в мастера спорта» по двум видам: по лыжному и по водному туризму.
Город - «Я видел очень много городов... Я видел города, по возвращению из которых я утверждал, что Ленинград – это жалкое дерьмо... Париж, Барселона!.. А в августе прошлого года я побывал в Питере, посмотрел уже новыми глазами, и пришел к выводу, что это – один из самых красивых городов».
Анекдот – «Не из самых любимых, но из смешных... Идет еврей, увидел лягушку, и вдруг она человеческим голосом говорит: «Возьми меня с собой».
- Да, а зачем?
- Поцелуешь – я стану прекрасной девушкой, и будем мы любовью заниматься...
- Прекрасная девушка мне не нужна... А вот лягушка – пригодится!»
Хобби – «Я засадил тысячи саженцев в нашей пустынной стране... Целые леса! Я, к примеру, ввел ленинградские тополя в виде рощ в Шамроне. «Раскопал» одно дерево, изрезал на черенки, сделал саженцы, сейчас это огромные деревья».
06.02.2003
no subject
Date: 2020-05-04 02:05 pm (UTC)От суеты сует освобождённый разум
И мыслит глубоко, и воплощает мысль
В бессмертной музыке, в крылатой мудрой фразе –
Тебе судьба дала для вдохновенья кисть!
________________ Татьяна Кувшиновская
https://www.litprichal.ru/work/30414/ (https://www.litprichal.ru/work/30414/)
no subject
Date: 2020-05-04 02:18 pm (UTC)no subject
Date: 2020-05-04 02:23 pm (UTC)